ВОЗРОЖДЕНИЕ РАИФСКОЙ ОБИТЕЛИ

Восстановление Раифского Богородицкого монастыря началось в июне 1990 года, когда архимандрит Всеволод (Захаров), а на тот момент настоятель Петропавловской церкви города Зеленодольска, возвращался со священниками своего храма из Казанского епархиального управления. В этот день он решил осмотреть древнюю Раифскую обитель, находящуюся в 4-х километрах от трассы Казань - Зеленодольск. Батюшка давно уже слышал об этом месте от своих прихожан, которые помнили её еще до упразднения. Их описания живописного места, в котором она находилась и той особенной благодатной атмосферы Раифы, которую они хранили в сердцах своих, побуждали его увидеть монастырь своими глазами.

Приближаясь к монастырю на машине по лесной аллее, за деревянными хозяйственными постройками священники вдруг увидели высокую стройную надвратную колокольню, устремившуюся в небо обезглавленным верхом. Ниже виднелись чёрные от ржавчины циферблаты башенных часов, обшарпанные полуразрушенные стены с обвалившимися зубцами и развалившиеся башни. Черным пятном возвышался над деревянным забором некогда белоснежный собор иконы Божией Матери "Грузинская". Но никакое запустение не могло коснуться былого величия и красоты монастырского ансамбля - даже разрушенный, он был прекрасен в окружении заповедного леса.

Пройти внутрь было непросто - на территори обители уже много лет располагалось специальное производственное техническое училище - сокращенно СПТУ, и вход был только по спецпропускам. Священники обратились к охране с просьбой разрешить им осмотреть монастырь, и администрация СПТУ откликнулась на их просьбу. Директор колонии провел их на территорию монастыря и показал им весь монастырский комплекс.

Внутри монастырь имел плачевный вид: осыпавшиеся стены, разрушенные кровли, купола без крестов. Однако былые красота и величие этой обители явно выступала из руин. Тем временем, в беседе отца Всеволода с директором зашел разговор о том, что хорошо было бы вновь открыть этот монастырь и тот одобрительно об этом отозвался.

       

       

С того времени игумен Всеволод стал хлопотать об открытии монастыря и срочно принялся собирать документы, необходимые для этого. Когда все документы были готовы, их направили Уполномоченному по Делам Религий при Совете Министров ТССР, а он переправил их в Москву в Совет по Делам Религий при Совете Министров СССР, и в конце декабря 1990 года была получено официальное разрешение на открытие храма на территории монастыря. После получения регистрационного свидетельства отец Всеволод обратился в Зеленодольский райисполком за разрешением на открытие монастыря.
 
Этот вопрос рассматривался на сессии Зеленодольского райисполкома в январе 1991 года. Зампредседателя райисполкома Весёлкин Е.С. зачитал решение райисполкома о том, что райисполком не может передать монастырь Русской Православной Церкви до полного выселения СПТУ, отклонив тем самым прошение о возвращении монастыря. Также отказ в передаче монастыря верующим мотивировался тем, что это якобы может нанести психологическую травму воспитанникам, находящимся в данное время на территории монастыря.
 
Тогда в прениях выступил игумен Всеволод, рассказав собравшимся о том, какую широкую огласку получило ходатайство об открытии монастыря и сколько православных людей ждёт положительного решения. Он сослался на частное мнение многих присутствующих на сессии руководителей и депутатов, которые явно сочувствуют Церкви, а также зачитал официальное письмо директора СПТУ В.И. Чернова с информацией о том, что руководство СПТУ не возражает против открытия монастыря. После этого доклада присутствующие единогласно проголосовали за передачу монастыря верующим поэтапно, по мере освобождения монастырских зданий СПТУ.

Так началось возрождение Раифского Богородицкого мужского монастыря, а игумен Всеволод промыслом Божиим стал его строителем.

По оценкам экспертов, на момент передачи церкви сохранность некоторых монастырских построек составляла всего 16%. Нелегко было находить средства на восстановление почти полностью разрушенной обители. Однако, как говорит Святое Писание: "...что невозможно человекам, возможно Богу".